Online Read Free Novel
  • Home
  • Romance & Love
  • Fantasy
  • Science Fiction
  • Mystery & Detective
  • Thrillers & Crime
  • Actions & Adventure
  • History & Fiction
  • Horror
  • Western
  • Humor

    Lost structure

    Page 95
    Prev Next


      409

      казал как "внутренний" анализ речи и письменных документов, пунктуации и даже типографских

      ошибок может обнаружить целую моральную и политическую систему" и что для такого анализа

      не нужен никакой метаязык. Но метаязык, против которого выступает Маркузе, это совокупность

      логических правил, понимаемых неопозитивистски, это язык, конечной целью которого является

      тавтология. Напротив, Маркузе говорит о необходимости "металингвистической" операции, которая могла бы перевести термины языка объекта в такую форму, которая показала бы его

      зависимость от предопределяющих обстоятельств и идеологий.

      Его романтический настрой, крайний "морализм" и, в конечном счете, антинаучный эстетизм не

      дают ему увидеть разницы между тавтологической формализацией и познавательными моделями, которые, чтобы стать действенными, должны быть строгими, ибо только тогда можно перейти от

      праведного гнева к законному протесту.

      И тогда маркузианский проект должен быть преобразован в предлагаемый нами, если верно

      сказанное ниже: "Какая-либо речь, газетная статья или даже сообщение частного лица изготав -

      ливаются индивидом, который является рупором (независимо от того, уполномочен он кем-либо

      на эту роль или нет) отдельной группы (профессиональной, территориальной, политической, ин-

      теллектуальной) в определенном обществе. У такой группы всегда есть свои ценности, цели, коды

      мышления (курсив наш) и поведения, которые — независимо от того, принимаются они или

      оспариваются и в какой степени осознаются, — оказывают влияние на индивидуальную

      коммуникацию. Таким образом, эта последняя "индивидуализирует" надиндивидуальную систему

      значения, разговор о которой следует вести в иной плоскости, нежели разговор об инди-

      видуальной коммуникации, и тем не менее с нею пересекающейся. Такая надиндивидуальная

      система в свою очередь входит в состав более обширный области значения, сформированной и, как правило, ограниченной той социальной системой, внутри которой зарождается коммуникация"

      47.

      47 Herbert Marcuse, L'uomo a una dimensione, Torino,, 1967, pagg. 205—211. В связи с изучением отношений

      между коммуникативными кодами, идеологией и рынком см. нашу попытку выявить три гомологических ряда

      повествовательной структуры, структуры коммерческого распределения и структуры идеологии автора в

      Парижских тайнах Сю, в работе Eugene Sue, Il socialismo e la consolazione, Milano, 1966. Позднее

      переработано в более точном методологической ракурсе в статье Rhétorique et idéologie dans "Les Mystères de Paris" de Eugène Sue in "Rev int des sciences sociales", XIX, 4, 1967 Об отношениях повествовательной

      структуры и идеологических позиций см также наши работы "Il mito di Superman" и "Lettura di Steve Canyon"

      in Apocalittici e integrati, cit.

      410

      3. Границы семиологии и горизонты практики

      I. В свете вышесказанного можно подумать, что семиологическая утопия, находясь на распутье

      между требованиями строгой формализации и фактом открытости конкретного исторического

      www.koob.ru

      процесса, запутывается в противоречии, которое и делает ее неосуществимой.

      Действительно, две темы являются сквозными для всей нашей книги:

      а) с одной стороны, призыв к описанию отдельных семиотик как закрытых, строго

      структурированных систем, рассматриваемых в синхронном срезе;

      б) с другой стороны, предложение коммуникативной модели "открытого" процесса, в котором

      сообщение меняется по мере того, как меняются коды, а использование тех или иных кодов

      диктуется идеологией и обстоятельствами, при этом вся знаковая система непрестанно

      перестраивается на основе опыта декодификации и весь процесс предстает как поступательное

      движение семиозиса.

      Но в действительности эти две стороны не противостоят друг другу, конкретный научный подход

      не исключает обобщенного философского похода, один предполагает другой, тем самым

      определяясь в собственной значимости. Мы не можем оставлять без внимания процессуальный

      характер коммуникативных явлений. Мы видели, что игнорировать его означает потворствовать

      элегантным, но наивным утопиям. О какой стабильности структур и объективности оформляемых

      ими рядов означающих может идти речь, если в тот миг, когда мы определяем эти ряды, мы сами

      включены в движение и принимаем за окончательную всего лишь очередную фазу процесса.

      Построение коммуникативной модели открытого процесса предполагает общий взгляд на

      положение дел, некую тотальную перспективу универсума sub specie communicationis*, которая

      бы включала также и элементы, оказывающие влияние на коммуникацию, но не сводящиеся к ней

      и т
    ем не менее предопределяющие способы коммуникации.

      Но по сути, речь идет лишь о том, при каких условиях может возникать это целостное

      представление. Ведь любой дискурс, базирующийся на целостном видении, рискует застрять на

      заявлениях обще-

      411

      го порядка, только бы не заниматься конкретным анализом, неизбежно нарушающим

      однородность картины. Так, тотальность видения остаётся только заявленной, и философия

      совершает свое обычное преступление, заключающееся в том, что, торопясь сказать все, она не

      говорит ничего. Если мы хотим узнать, что же на самом деле происходит в процессе

      коммуникации, взятом как некая целостность, нужно снизойти к анализу фаз этого процесса. И

      тогда тотальность процесса, поначалу представшая как некая "открытая" перспектива, преобразится, распавшись на "закрытые" универсумы семиотик, выявляемых в ходе этого

      процесса. Процесс "заявляется", но не верифицируется. Входящие в этот процесс семиотики, фиксируемые в какой-то определенный момент становления, верифицируются но не "заявляются", т. e. они не гипостазируются в качестве окончательных именно потому, что сама идея процесса, сопутствующая научному исследованию, удерживает ученого от философски опрометчивых

      шагов, столь же опрометчивых и столь же наивных, как у того, кто делал заявку на тотальность и

      не собирался верифицировать фазы.

      Таким образом, формированию закрытых универсумов сопутствует осознание открытости

      процесса, вбирающего эти универсумы в себя и перекраивающего их; но сам этот процесс может

      быть выявлен только в виде последовательности закрытых и формализованных универсумов.

      II.

      Напомним, однако, что научное описание, завершающееся выстраиванием кодов, а значит и

      скоординированных систем конвенций, на которых держится общество, вовсе не имеет

      следствием оправдание status quo. Против всякого изучения языковых узусов обычно выдвигают

      обвинение в том, что оно стремится свести мысль к одному единственному измерению, однозначному пониманию, исключающему двусмысленность, оставляющему в тени то, что еще не

      сказано, но могло бы быть сказано, т. e. все возможное и противоречивое. В этом смысле

      коммуникативный анализ, ориентированный на ясность и удобопонятность при повседневном

      пользовании языком, может предстать — рискнем это сказать — некой охранительной и

      умиротворяющей техникой.

      Но как уже говорилось, изучение кодов не ставит себе целью выявление оптимальных условий

      интеграции, но нацелено на выявление условий, при которых в какой-то определенный момент

      складывается социум общающихся между собой.

      Однако коммуникативная цепочка предполагает диалектику код-сообщение, которую

      семиологическое исследование не только подтверждает, но и непрерывно реализует в той мере, в

      какой оно наделено сознанием процессуальности. Поэтому семиология, создавая ма-

      www.koob.ru

      412

      ленькие "системы", не может стать одной Системой. И поэтому в подзаголовке нашей книги

      говорится не о "семиологической системе", а о "семиологическом исследовании". Ибо показать, что всякий коммуникативный акт уже подчинен какому-то коду и отражает сложившийся

      идеологический универсум, значит открыть дорогу новому коммуникативному акту, заставляющему код перестраиваться. Оперативный характер семиологического исследования не

      растворяется роковым образом в идеологии оперативизма, согласно которой имена наделены

      одним-единственным значением и это значение соответствует одному-единственному действию, осуществляемому одним-единственным способом и с одной-единственной целью.

      Если "при всех своих скрупулезных исследованиях, тщательных разграничениях и стремлении

      высветить все неясности и разоблачить все двусмыленности неопозитивизм все же нимало не

      интересуется великой двусмысленностью и неясностью всего универсума опыта"48, то

      предлагаемая семиологическая перспектива старается обосновать именно эту процессуальность

      смысла, способствуя ее становлению и развитию там, где она оказывается продуктивной (так

      часто бывает плодотворным подозрение, что все, что кажется и говорится, не всегда соответствует

      действительности); впрочем, часто не менее полезно и обратное, а именно подыскание способов, как уменьшить двусмысленность, ставшую техникой власти, сознательной мистификацией.

      Таким образом, если техника лингвистического анализа способна оборачиваться техникой власти, когда "многомерный язык сведен к одномерному и его больше не пронизывают удерживаемые на

      расстоянии разнообразные и противоречивые значения, а �
    �ккумулированная историей взрывная

      сила значения претворяется в молчание" 49, то семиологическое исследование, учитывающее

      диалектику код-сообщение, непрерывное смещение (décalage) кодов, взаимосвязь универсумов

      риторики и идеологии, давление обстоятельств, определяющих выбор кодов и прочтение

      сообщений, фатально становится — и мы никогда не собирались этот скрывать —

      мотивированным, встраивающимся в определенную перспективу, необъективным, если под

      объективностью понимать полную постижимость заранее данной истины, и тем самым возлагает

      на себя некую терапевтическую миссию, коль скоро "универсум обыденного языка неуклонно

      сжимается в тотально управляемый концептуализированный универсум"50.

      48 Н. Marcuse, cit., pag. 195.

      49 Ibidem, pag. 210.

      50 Ibidem, pag. 211.

      413

      III.

      Рассматривая закрытые семиотики в свете открытой модели, включая их в процессуальность, мы

      все больше отдавали предпочтение, по мере того как главы этой книги дополняли и поясняли друг

      друга, такому экстрасемиологическому фактору, как обстоятельства (A.1.VI.2.).

      Неоднократно повторялось, что семиология побуждает нас не столько использовать текст, чтобы с

     


    Prev Next
Online Read Free Novel Copyright 2016 - 2026